Арлекины Серебряного века. К.А. Сомов, Н.Н. Сапунов, С.Ю. Судейкин

Новая графическая выставка Третьяковской галереи приурочена к приближающемуся 150-летию живописца и графика, принадлежащего к плеяде самых ярких фигур эпохи Серебряного века, — Константина Сомова (1869–1939).

Фото
пресс-служба Третьяковской галереи

Своеобразие настоящей экспозиции заключается в том, что она строится как три камерные персональные выставки знаменитых художников — К.А. Сомова, Н.Н. Сапунова, С.Ю. Судейкина, объединенные темой Арлекина. Именно в их судьбе и творчестве «арлекинствующий» Серебряный век нашел наиболее последовательное и совершенное воплощение и творчеством этих мастеров практически исчерпался.

Для той эпохи фигура Арлекина — метафора, воплотившая дух времени, пьянящую и горькую иронию культуры fin de siècle (фр. «конец века»). Художники и поэты не только создавали новые образы персонажей комедии дель арте (Commedia dell’arte), но и отождествляли себя с ними. Образ и облик Арлекина у каждого из представленных на выставке художников свой. Для каждого из них маска Арлекина значима как особый атрибут, формирующий его творчество, как некий маркер личной и творческой позиции. Они часто изображали себя и друг друга в образе Арлекина.

Для Николая Сапунова (1880–1912), которого современники называли «неугомонным бездомным, бродячим художником-арлекином», важна проницаемость границ реального и вымышленного мира — арлекинада выплескивается в настоящее городское пространство, следуя декларации блоковского Арлекина: «…широко вздохнуть и выйти в мир!». Персонажи Commedia dell’arte приобретают у художника национальные черты — Коломбины с лицами матрешек, «русифицированные Арлекины».

Сергей Судейкин (1882–1946) в своих произведениях всегда отводил себе роль Арлекина. Сама его жизнь подобна Commedia dell’arte — увлекательная импровизация, которая изобилует невероятными поворотами судьбы.

Тема арлекинады в творчестве Константина Сомова вбирает в себя многослойную историческую память, он обращается, скорее, к французской, более аристократичной, редакции Сommedia dell’arte. Карнавальные галантные сцены у Сомова — способ воспарить над действительностью, уйти от современности. Предлагая поверить в вымысел, он исследует природу изобразительной иллюзии, границу возможностей художника.

В экспозиции наиболее объемно представлены портретный и пейзажный жанры. Образ человека и пространства у Сомова всегда окрашен «эхом прошедшего времени». Происходящий из семьи хранителя Эрмитажного собрания, он воспринял из первых рук историю искусства, тонко чувствовал эпохи, разбирался в техниках и приемах рисования. Может быть, именно поэтому столь изощренны в его портретах механизмы включения «машины времени». На выставке представлены разнообразные варианты «игры со временем». На одном полюсе экспозиции — «чистые ретроспекции»: «Дама в розовом платье» (1903) и «Спящая женщина в синем платье» (1903). На противоположном — знаменитая серия портретов современников: поэтов, художников, деятелей культуры (1906–1915). Сомов подбирает старые бумаги, а в качестве образца специфической, бесстрастной манеры исполнения обращается к французскому портрету в технике «трех карандашей» эпохи Возрождения. Центром портретного зала является знаменитое произведение «Дама в голубом платье» (1897–1900) — портрет художницы Е.М. Мартыновой. Прошлое и настоящее в нем смешано в столь гармоничной пропорции и строго в соответствии с эстетическими требованиями «Мира искусства», что это делает полотно одним из символов эпохи.

Третьяковская галерея обладает самым крупным собранием графики Сомова, которое позволяет оценить все своеобразие его пейзажной концепции, его исполнительское мастерство. Художник одинаково виртуозно работает в карандаше, акварели, но особенно интересны используемые им смешанные техники: он расцвечивает пастелью и восковыми мелками, карандашными или перовыми штрихами плотные гуашевые купы деревьев, что приводит к эффекту многослойности крон. Сомов любит странные ракурсы, эффект фрагментарных композиций, монтаж нескольких точек зрения, различные эффекты освещения.

Своеобразное соперничество между представленными на выставке художниками происходит и в такой важной для эпохи Серебряного века области изобразительного искусства, как печатная графика. У Сомова все строго «по ранжиру» — в композиции его виньеток, концовок, заставок всегда заложено их предполагаемое местоположение на странице. По эскизам обложек и титулов Сомова, как правило, можно предугадать содержание издания, даже при отсутствии текстовой составляющей. Сапунова, используя современную терминологию, можно было бы назвать дизайнером книги. Его «книжные украшения» не имеют рамок, они принципиально разомкнуты, естественно раскрываются в пространство страницы, выходят на поля, вторгаются в текст. Судейкин, при его невероятной востребованности в книжной и журнальной графике, скорее, не иллюстратор. Созданные им элементы оформления книги велеречивы, многословны и, как правило, не соответствуют содержанию. Это именно украшения, которые удивительно точно передают дух эпохи, направление журнала, его художественную концепцию.

На выставке коллекция графических работ Николая Сапунова состоит из двух разделов, отражающих два направления его творчества — театральное и реальное. И если в начале деятельности Сапунова эти стихии составляли целостный, единый мир художника, то к началу 1910‑х между ними обозначается пропасть. Чем наряднее, веселее и откровенно условнее становится театральный мир Сапунова — «Принцесса Турандот» (1912), «Мещанин-дворянин» (1911), тем трагичнее окрашена темная и могучая стихия — «комедия быта»: экспрессивные рисунки притонов, трактиров, «веселых домов» с гротескными, «почти гофмановскими» персонажами.

Экспозиция позволяет проследить эволюцию творческой манеры Судейкина, почувствовать, как «театр всецело овладел его художественным миросозерцанием». Под воздействием театра меняется пластический язык Судейкина: вместо зыбких туманных полутонов цвета, паутины пунктирных линий, миниатюрного масштаба штрихов («фантомы ранних феерических сновидений» (В. П. Соловьёв) — лапидарные форсированные контуры, яркие монументальные цветовые пятна, вызывающие в памяти размашисто намалеванные декорации, рассчитанные на взгляд издалека, из зрительного зала. Подобная утрированность, гротескная преувеличенность форм, плакатность языка станут фирменным стилем Судейкина.

Проведение графической выставки произведений важнейших художников Серебряного века стало возможным благодаря дарам музею. Третьяковская галерея стала хранителем крупного и лучшего по качеству собрания работ С.Ю. Судейкина, представляющего всю панораму творчества мастера — от ранних произведений периода «Голубой розы» до времени эмиграции. Коллекция графических листов художников Серебряного века, представителей «Мира искусства» и символистов в фондах Третьяковской галереи исключительна по качеству исполнения и художественной ценности благодаря тому, что первый отбор этих произведений проводился московскими коллекционерами — друзьями художников, из чьих собраний работы и поступили в музей. Подавляющее число произведений К.А. Сомова, Н.Н. Сапунова и С.Ю. Судейкина из фондов музея удалось представить на выставке «Арлекины Серебряного века».