Онфлер — город художников, эстетов и гурмэ

Онфлер — город художников, эстетов и гурмэ

Сегодня 14:40

Онфлер — Франция Декабрь 2017

0
0

Обожаю импрессионизм, его выразительность и живость. Есть в нём что-то мимолётное, зыбкое, схваченное быстрым взглядом.

Из всех французских регионов, пожалуй, ни один не был освоен художниками лучше, чем Нормандия. Атлантическое побережье Нормандии условно разделено на две части с поэтичными названиями — берег Цветочный и берег Алебастровый. Цветочный расположен к западу от Гавра, Алебастровый раскинулся на восток.

Сюда приезжали в поисках вдохновения знаменитые пейзажисты Камиль Коро, Клод Моне, Жорж Сёра, Поль Синьяк, Огюст Ренуар, Гюстав Курбе, Альфред Сислей.

Для себя из многочисленной когорты импрессионистов выделяю Клода Моне. Его пейзажи сродни откровению, оставляющему ощущение легкости, воздушности — бесконечная погоня за ускользающим светом. Сам термин «импрессионизм» («впечатление»), обозначающий художественное направление, обязан Клоду Моне, благодаря его картине «Впечатление. Восход солнца», осмеянной французским журналистом на парижской выставке.

Время все расставило на свои места. Теперь усмешку вызывает реакция журналиста, а картины Клода Моне радуют многочисленных поклонников его творчества в лучших галереях мира. Мне повезло видеть работы Клода Моне в овальных залах галереи Оранжери Парижа, не забываемо.

Вернемся к Онфлеру

Клод Моне открыл для себя этот крошечный городок, в пору собственного взросления. Здесь судьба свела юношу с художником Эженом Буденом, который и приобщил Клода к живописным сеансам на открытом воздухе.

Он убеждал: «Все, что написано прямо на месте, всегда обладает силой, мощью, живостью мазка, которых уже не добьешься в мастерской». Так Онфлер стал «колыбелью импрессионизма»

Его узкие улочки, рыбацкие лодки, фасады домов над водами старой гавани, лес корабельных мачт, окрестная деревенская идиллия остались запечатленными на полотнах художника.

Мечта увидеть «колыбель импрессионизма» под ясным небом, где есть место потрясающей игре света, осталась мечтой «Если идет дождь над Парижем, значит, небо несчастливо»…

Онфлер, чудесный Онфлер, который мог бы заслужено получить от меня приз за самую красивую гавань, встретил нас неприветливо — противным дождем, откровенной непогодой. Понимая, что другой возможности узнать его поближе не будет, раскрываем зонты, и в путь — любоваться гаванью под серым дождливым небом и рассматривать коломбажные дома

Запах горячего сидра, дровяного дыма моментально заманили нас на мэрскую площадь (Отель де Виль тому подтверждение)

Здесь расставлены рождественские ели и установлены ярмарочные домики, где продают сидр, кальвадос — «солнце Нормандии»- так его здесь называют, благодаря уникальному вкусу

Сыры и всякая-всячина

Заявленный ярмарочный дух площади, создающий приподнятое настроение накануне нового года, остался не востребованным — дождь и хмурый день не годятся в союзники праздничных гуляний. А ведь желание погулять явно угадывается

Нет, не собака.

Сначала мне стало очень грустно, что так не повезло с погодой, но желание открыть шкатулку, где лежат заветные сокровища, как всегда, оказалось сродни одержимости. Пусть дождь идет, его дело, мы пойдем ему наперекор.

Знаменитейший вид набережной Святой Екатерины с припаркованными ретро-яхтами и рыбацкими лодками, запечатленная на картинах многих известных художников, включая Клода Моне — просится в мой объекти

в

Отчаянно щелкаю виды старой гавани, окруженной 5–6 этажными фахверковыми домами, тесно прижавшимися друг к другу под дождем.

Они прекрасны! Каждая сторона Старой Гавани — это красочная открытка

Старый порт — это и прихожая Онфлера, и самая эффектная его картинка, и его центр: от него улицы разбегаются в разные стороны

Фасады преклонного возраста — в основном, XVIII век, создают жизнерадостную, радующую душу картину, в которой нет ни одной неприятной детали

Когда-то Онфлёр был крупным портом, способным конкурировать с соседним Гавром. После Нормандского завоевания через него шла торговля между владениями Плантагенетов по обе стороны Ла-Манша.

Во время Столетней войны город несколько раз переходил из рук в руки. В 17 — 18 веках жители Онфлёра разбогатели на торговле с американскими колониями. Именно из Онфлёра отплыл к берегам Канады в 1608 году Самюэль Шамплен. Он организовал 13 экспедиций в Канаду и был первым из европейцев, кто вышел к Великим Озёрам и нанес их на карты Канады, открыл Ниагарский водопад, основал несколько поселений в Новом Свете, среди которых Квебек — будущая столица одноименной провинции. В своих экспедициях первооткрывателю нередко приходилось браться за оружие — он руководил обороной французских владений в Канаде в войне против англичан и поддерживал местных индейцев-гуронов в их конфликтах с ирокезами. Уникальный мореплаватель — он 25 раз пересекал Атлантический океан, не потеряв в этих переходах ни одного корабля.

Торговля с Америкой обеспечила городу длительный период процветания, который заканчивается Французской революцией. Сохранился Дом Лейтенанта, он же дом наместника, он же — капитанский дом.

В разное время здесь жили те, кто управлял портом и городом

В конце XVIII века дом был отдан в руки торговцев. К зданию примыкают ворота Port de Caen

Это по сути, уцелевший фрагмент городских оборонительных укреплений. На воротах установлена мемориальная доска в память о французском путешественнике — «королевском географе» Самюэле де Шамплене, основавшем Квебек.

Во времена Французской революции Онфлёр был сильно разрушен в ходе блокады. Лишь к середине XIX века его удалось восстановить. Город вновь поднялся, на сей раз благодаря торговле древесиной из Северной Европы.

Однако вернуть себе прежние позиции он уже не мог: порт значительно обмелел.

Кто бы мог подумать, что сила искусства импрессионистов окажется столь высока, что сможет дать новый импульс к славе этого городка. Работы художников, пропагандируя свежесть, красоту, совершенство пейзажа и колоритную жизнь гавани, привлекли к нему внимание путешественников. Сейчас городок чрезвычайно востребован в любое время года

На берегу гавани располагается средневековая церковь св. Стефана, в которой помещается музей старого Онфлёра, а за ней можно увидеть как выглядели улочки этого городка в средние века

А мы идем в церковь Святой Екатерины, самую большую деревянную церковь Франции, в виде двух перевернутых кораблей, стоящих бок о бок

Внутри она тоже напоминает корабль, так как строилась местными кораблестроителями. Из камня сложен только фундамент для деревянных стен и дубовых опо

р

Церковь строили из того, что было под рукой — ошкуренные брёвна, бросовые куски дуба, крепёж для кораблей.

Колокольня стоит отдельно

Возможно, посчитали, что деревянный остов слишком слаб, чтобы нести массивную конструкцию колоколов, да и вибрация колоколов могла повредить самой церкви. А может быть, колокольню отнесли в сторону из противопожарных соображений — ведь в неё могла ударить молния и тогда деревянный храм сгорел бы в считанные минуты. Красивый нормандский портик

Он появился в первой половине ХХ века.

Непогода в Онфлере превратила церковь в уютное прибежище для тех, кто гулял по городу в это время

Не получилось толково заснять неф в перспективе из-за людей, которые постоянно лезли в кадр. Этому чуду почти 600 лет

Она потрясает воображение своей многовековой историей и хранит воспоминания о людях, молившихся здесь на протяжении долгих лет

О недавнем Рождестве напоминают с любовью обустроенные вертепы. Вход в церковь

В надежде получить удовольствие от прогулки, поднимаемся на холм

Дошли до музея Эжена Будена, он оказался закрыт. Оно и понятно — 31 декабря. Дождь беззастенчиво продолжает стучать по крышам домов, подоконникам и оконным стеклам

Прошу небо смилостивиться и разогнать хмурые, угрюмые, свинцово-серые тучи, задавившие солнце своей тяжестью.

Изредка небо внемлет мольбам, превращая струи дождя в тоненькие ниточки и дает возможность что-то сфотографировать

Прячась от сырости, заглядываем в милейшие магазинчики с традиционно ориентированными на туристов товарами

Без сидра и кальвадоса — никуда!

Нормандские яблоки — символ этой французской провинции

Департамент, где собственно Онфлер и находится, тоже именуется Кальвадос. Причем, только из яблок, выращенных в Нормандии, производят этот 40 градусный напиток, которому приписывают особенные пищеварительные свойства. Считается, что рюмка кальвадоса действует примерно как мезим или фестал, то есть облегчает пищеварение и снимает тяжесть в желудке.

Кальвадос полюбился героям романа Эрих Марии Ремарка «Триумфальная арка», помните, как часто на его страницах мелькает слово «кальвадос»?

«Дай мне еще кальвадоса, — сказала она. — Похоже, он и в самом деле какой-то особенный… Напиток грез» («Триумфальная арка»). Или: «Такого кальвадоса я никогда не пила, — сказала она (Жоан Маду) и сделала второй глоток. — Его не пьешь, а словно вдыхаешь».

Эти слова из «Триумфальной арки» Ремарка очень метко описывают характер этого алкогольного напитка.

Попробовали! Я чуть-чуть, а муж пропустил рюмочку. Хороший кальвадос не дешев.

Высокую оценку от меня получил и совершенно очаровательный магазин для сладкоежек — сладкий рай

Здесь предлагают что-то продегустировать, в том числе и кальвадос, который снимает ограничители и парализует волю. У молоденькой приветливой продавщицы накупили всяких-разных коробок и коробочек со сладостями домой в качестве подарков. Вкусно, красиво!

По Онфлеру можно бродить целый день — не наскучит. Но мы уже порядком промокли и продрогли. Поэтому поспешили на автобусную остановку, чтобы уехать в Довиль и встретить там новый год. Время до автобуса еще оставалось, зашли в церковь Святого Леонардо, знаменитую своими фресками

Говорить об архитектурном стиле ее довольно проблематично: самая старая часть построена в готическом стиле, более новые части строились в 17–18 веках и к готике имели лишь косвенное отношение.

В церкви не было ни души, впрочем освещения тоже

Вспышка — мой союзник и друг в таких ситуациях помогла сохранить на память что-то из увиденного в церкви

Место хорошее, у церкви сильно пахнет самшитом, обожаю его запах, он мне напоминает Кавказ, где пришлось жить когда-то…

Цветы яркие на клумбах цветут в разгар зимы.

Но дождь, противный дождь надоел так, что уже не хотелось ничего фотографировать.

Автобус, идущий из Гавра в Довиль подхватил нас и помчал восвояси, то бишь во временное прибежище на просторах Нормандии — в респектабельный Довиль. Едва отъехали от Онфлера, дождь припустил.

Мне кажется, что такой ливень я видела впервые — сплошная стена. Недосказанность от знакомства с Онфлером осталась. А так как я влюбилась в Нормандию, придется повторить визит в теплое и светлое вреия года.