Прогулки по Москве: Ивановская горка или вся русская история за два часа

Прогулки по Москве: Ивановская горка или вся русская история за два часа

Вчера 16:44

Москва — Россия Июль 2018

2
6

Территория района Ивановской горки очерчена Маросейкой и Покровкой, Покровским и Яузским бульварами, Солянкой и Лубянским проездом. Они соединены пятнадцатью переулками, хранящими связь времен. Здесь холмистая местность с большими перепадами высот и многочисленными зелеными насаждениями, что вкупе с множеством исторических памятников создает удивительную атмосферу старой Москвы. Если Вы не бывали на Ивановской горке, то значит Вы ещё не знаете Москву.

Маршрут прогулки начинается у выхода метро Китай-город к памятнику героям Плевны, а заканчивается у выхода этого же метро к памятнику Кириллу и Мефодию. Удобно, интересно и познавательно.

По пути к первому переулку Красной горки, Большому Спасоглинищевскому, в начале Маросейки встречаем Храм Святителя Николая Чудотворца в Кленниках (или в Блинниках). Эту церковь основал Иван III в. 1468 году в память о сильном пожаре, разбушевавшемся в этих местах, но так и не перекинувшемся на Кремль. Каменный храм появился здесь в 1657 году. Народ окрестил его названием «Никола в Блинниках» — рядом находились славящиеся пылом и жаром китайгородские блинные. По поводу название «в Кленниках» есть разные версии. По одной — что церковь была переименовано в честь бывшей неподалеку кленовой рощи, от которой до наших дней не сохранилось ни одного деревца. По другой — что на Руси в старину летом блины пекли на кленовых листьях.

Храм Святителя Николая Чудотворца в Кленниках (или в Блинниках) на Маросейке

С Маросейки сворачиваем в Большой Спасоглинищевский переулок. Переулок получил название по урочищу «Глинищи», которое в Москве было известно с 14-го века, здесь добывали глину. Ранее переулок назывался Горшечным (что логично), потом Спасским. Т. к. Спасских переулков в Москве было много, в название добавили наименование местности. С 1960 по 1994 годы переулок назывался улицей Архипова, в память о художнике-передвижнике Абраме Ефимовиче Архипове (1862–1930), который жил в этом переулке.

Большой Спасоглинищевский переулок — вид от Маросейки. Видно как переулок спускается к Московской синагоге, которая здесь и расположена.

Большой Спасоглинищевский переулок — вид в сторону Маросейки. На дорожном знаке видны следы российских последователей художника Клета, который во Флоренции расписывает дорожные знаки.

Особняк купца-виноторговца А. Я. Уварова в Большом Спасоглинищевском переулке

Особняк был сооружен в начале 19-го века по заказу богатого купца А. Я. Уварова. Некоторые историки приписывают авторство проекта дома знаменитому архитектору Матвею Казакову. В доме находились жилые комнаты, магазин и в подвале склады для вина. В те времена газета «Московские ведомости» регулярно печатало такое рекламное объявление «В доме Московского именитого гражданина Александра Уварова, в имеющемся у него питейном погребе, продается вновь привезенный самый лучший вест-индский ром, ценою анкер 21 руб., ведро 7 руб., Эрмитаж, шато-марго, пиво Англинское и портер, водки вейновые, и ликер французский и коньяк».

В доме Уварова жил русский художник Архипов, в честь которого и был на некоторое время переименован переулок.

Есть в переулке и свой небольшой театр — называется «Театр на Кулишках». Почему Кулишки? Есть версия, что это древнее название этого места — Кулишки (или Кулижки), что означало топкое, заболоченное место. Низменные места этого района между холмов в старые времена регулярно затоплялись при разливах Москвы-реки, были заболочены и здесь водились кулики — птицы, обитающие в болотистой местности.

Две главные достопримечательности Большого Спасоглинищевского переулка — стоящие друг напротив друга Московская синагога и парк «Горка». Если синагога имеет долгую историю, то многоуровневый парк «Горка» — это совсем современная достопримечательность, возникшая по инициативе местных жителей на месте заброшенного пустыря и стихийной автостоянки. Этот парк, открытый в июле 2017 года, являет собой редкий пример плодотворного сотрудничества жителей и городской власти.

Один из фрагментов парка «Горка». А ещё здесь есть фонтан, детские площадки, слайдер для бокового скольжения, спортивные тренажеры, беседка и смотровая площадка с видом на синагогу.

Вид на синагогу со смотровой площадки парка «Горка».

У здания синагоги непростая судьба. Строительство синагоги началось в 1870 году, землю под неё купил купец первой гильдии Лазарь Поляков. Работы были завершены в 1891 году, но разрешение на открытие было получено только через 15 лет. В настоящее время синагогу венчает купол с шестиконечной звездой Давида. Он был предусмотрен первоначальным проектом, но затем его разобрали, и практически весь 20-й век синагога простояла без купола. С этой историей связана одна московская легенда. Проезжая как-то мимо строившегося здания синагоги и полагая, что возводится церковь, генерал-губернатор Москвы Великий князь Сергей Александрович перекрестился на купол. Узнав же, что он перекрестился на не православный храм, он пришел в сильное раздражение и приказал купол немедленно убрать. Вернули купол синагоге только в 2001 году в эпоху правления Ю. М. Лужкова. В том же году на противоположной стороне переулка была сооружена стена из камней, олицетворяющая Иерусалимскую Стену Плача.

В советские годы синагога не закрывалась, хотя были неоднократные попытки её уплотнить. Сегодня в синагогу можно свободно зайти, но женщин пускают только на второй этаж, чтобы они не мешали мужчинам, места для которых располагаются на первом этаже, общаться с богом.

Многострадальный купол Московской синагоги

Двигаемся дальше к Петроверигскому переулку. Здесь на его изгибе также расположена пара интересных сооружений. Во-первых, это три здания в стиле конструктивизма, они были построены в 1929 году архитектором Георгием Данкманом как общежития для студентов по заказу «Коммунистического университета нацменьшинств Запада имени Ю. Ю. Мархлевского». А во-вторых, недавно отреставрированная усадьба Тургеневых-Боткиных, в одном из зданий которого разместилось Военно-историческое общество. На территории усадьбы сегодня располагается галерея правителей Руси от Рюрика до Ельцина.

Здание общежития для студентов «Коммунистического университета нацменьшинств Запада имени Ю. Ю. Мархлевского».

Три параллельные жилые секции в семь и восемь этажей последовательно примыкают к общественному корпусу, в котором в свое время располагался клуб-столовая. Жилые корпуса пронизаны сужающимися коридорами и соединяются друг с другом круглыми башенными объемами лестничных клеток с оригинальными вертикальными окнами — типично конструктивистские архитектурные решения.

В 1936 году коммунистический университет нацменьшинств Запада ликвидировали, общежитие передали Институту иностранных языков. Студенты-лингвисты живут здесь до сих пор. Дальний корпус в настоящее время является нежилым, он находится в аварийном состоянии из-за пожара. Говорят, что с крыши зданий общежития открывается потрясающий вид на Кремль, центр Москвы и Замоскворечье. Что делать с изношенными зданиями городские власти так и не решили, но земля, на которой они стоят, является лакомым куском для московских девелоперов.

Усадьба Тургеневых и галерея правителей Руси 20-го века. Здесь всё сразу: старинное здание, бюсты правителей, включая Сталина, и российский символ — медведь.

Галерея дореволюционных правителей. Корзина цветов у бюста российского императора Николая II по случаю июльской трагической годовщины.

Скульптура первого русского царя Ивана IV Васильевича как анонс проекта «От Рюрика до Ельцина».

В этом здании усадьбы Тургеневых располагается Военно-историческое общество. Здание после реставрации приобрело фисташковый цвет. Так утверждают москвоведы, Москва никогда не была фисташковой или голубой. Её исторические цвета: желтый и песочный.

Чуть про усадьбу Тургеневых-Боткиных. В 1803 г. владение приобрел директор Московского университета Иван Петрович Тургенев. Здесь он прожил до 1807 г. В гостях у Тургенева часто бывали Н. М. Карамзин и В. А. Жуковский. В пожаре 1812 г. часть зданий сгорела. Спустя два десятилетия усадьбу приобретает купец-чаеторговец П. К. Боткин, который перестроил главный дом, дошедший до наших дней. У Петра Кононовича Боткина было 9 сыновей и 5 дочерей. Род Боткиных — очень плодовитый, много сделавший для России.

Дом Боткина становится одним из центров культурной и общественной жизни Москвы: здесь бывали А. И. Герцен, Н. П. Огарев, В. Г. Белинский, Н. В. Гоголь и Л. Н. Толстой. По-родственному захаживал поэт А. А. Фет, женатый на Марии Петровне Боткиной, дочери хозяина усадьбы. В нижнем этаже особняка некоторое время проживал историк Тимофей Николаевич Грановский — профессор Московского университета. Накануне революции 1917 года особняк находился в собственности Николая Ивановича Гучкова, который был женат на дочери П. П. Боткина, владевшего тогда чайной компанией отца и являвшегося гласным в Городской Думе. После революции в доме располагались курсы Коминтерна, а затем курсы подготовки комсостава Красной армии. В годы развитого социализма здесь находился детский сад. Кто владеет усадьбой в настоящее время — сказать сложно.

Далее идём по Петроверигскому переулку.

Бывшее здание Петропавловского мужского училища при лютеранской церкви святых апостолов Петра и Павла. Построено в 1912—1916 гг., архитектор О. В. фон Дессин. Училище на этом месте находилось с 1865 по 1918 г.г., в настоящее время здание занимает «Государственный центр профилактической медицины». В 1973 году перед домом установлен бронзовый бюст академика А. Л. Мясникова.

От здания Петропавловского мужского училища виден шпиль лютеранского собора Петра и Павла.

Лютеранский собор Петра и Павла

История лютеранского собора Петра и Павла очень интересна. И началась она ещё в эпоху Петра I, когда владение, где сейчас располагается собор, принадлежал Лопухиным, родственникам царицы Евдокии, первой жены Петра I. Усадьба серьезно пострадала при пожаре 1812 года. В 1817 владение на деньги прусского короля Фридриха Вильгельма III (его дочь была замужем за великим князем Николаем Павловичем) приобрел приход евангелической лютеранской церкви св. апостолов Петра и Павла. Район был выбран не случайно, Ивановская горка и окрестности были заселены немецкими колонистами с незапамятных допетровских времен. Собор был освещён в 1819 году. В 1837 году в церкви появился первый орган, на котором шесть лет спустя играл Ференц Лист. Его концерт произвел неизгладимое впечатление на московскую публику: «некоторые дамы плакали, другие — нюхали эфир».

Нынешнее здание было построено в 1905 году. В основе здания лежал проект архитектора В. Ф. Валькота, известного по гостинице «Метрополь», но строительство вёл архитектор В. А. Коссов, один из строителей Храма Христа Спасителя. Церковный зал собора изначально имел прекрасную акустику, в 1913 году здесь впервые были исполнены «Колокола» Рахманинова, пять лет спустя исполнялся реквием Моцарта с участием А. Неждановой. И сегодня здесь достаточно часто проходят прекрасные концерты классической и органной музыки.

Афиши концертов классической и органной музыки, проходящих в соборе Петра и Павла

При советской власти собор некоторое время работал, но в тридцатые годы его закрыли, а пастора и Церковный совет арестовали. В 1937 г. в соборе открыли кинотеатр «Арктика», а позднее здание передали студии «Диафильм». Церковный орган вывезли из собора и в итоге он был утерян. Перед Всемирным фестивалем молодёжи и студентов в 1957 году разобрали шпиль собора. В 1990-е годы церковь вернули верующим. С 1993 г. богослужения начались во входящей в соборный комплекс часовне, построенной в южной части церковного двора по проекту Ф. О. Шехтеля. Были проведены реставрационные работы, в том числе и на деньги московского правительства. В 2010 году восстановлен шпиль, высота которого, как и у здания 1905 года, составила 62 метра. В настоящее время в кирхе находится орган 19-го века, ранее принадлежавший разрушенной в 1928 году лютеранской церкви св. Михаила на Вознесенской (ныне — Радио) улице.

Часовня, расположенная в южной части церковного двора собора Петра и Павла, построенная по проекту Ф. О. Шехтеля.

Собор Петра и Павла, вид из церковного двора

В церковном дворе собора Петра и Павла находится один из интереснейших памятников московского гражданского зодчества — т.н. палаты Мазепы. В Колпачный переулок эти старинные палаты выходят довольно простым фасадом. Но во дворе собора Петра и Павла открывается прекрасный барочный декор здания конца 17-го века, выполненный из тесаного кирпича. В основе первого этажа здания лежат древние белокаменные палаты 16-го века. В конце 17-го века был возведен второй этаж с богато декорированным дворовым фасадом: наличники с «разорванными» фронтонами, сдвоенные полуколонки и поребрик. Палаты Мазепы представляют собой уникальный памятник зодчества, исполненный в стиле московского барокко. Удивительно, но здание сохранилось до наших дней, внутри можно даже найти части старинной отопительной системы: отверстия печей, дымоходы, «душники» для подачи теплого воздуха. Кто был строителем здания и кто владел им в 16 и 17 веках доподлинно неизвестно. Традиционно памятник называют «палатами Мазепы». Среди москвоведов идут непрерывные споры, имел ли Мазепа хоть какое-то отношение к этому зданию. И судя по последним данным из архивов, это здание неспроста было названо именем гетмана-изменника. Мазепа действительно имел владение в другом месте Ивановской горки, в районе Хохлов (память об этом старинном урочище сохраняет соседний Хохловский переулок), но несколько раз останавливался в этих палатах.

Палаты Мазепы

Еще один не очень презентабельный вид на палаты Мазепы

Вид на палаты Мазепы со стороны Колпачного переулка

В 19-ом веке и до 1918 года здание старинных палат принадлежало собору Петра и Павла, расположенному по соседству. В 90-е годы прошлого веке были проведены реставрационные работы, но они, к сожалению так и не были завершены, состояние здания далеко от идеального. В палатах Мазепы сегодня сидят какие-то конторы. Во время посещения собора видели множество молодых людей, которые с деловым видом входили и выходили из старинного здания. Надо отметить, что собор Петра и Павла живет активной жизнью: церковный двор ухожен, во время посещения слышали звуки органа (видимо идут репетиции вечернего концерта), встретилось много молодежи вовсе не в церковной одежде, но явно имеющих отношение к собору.

Два слова про Мазепу, эта незаурядная личность стоит того, чтобы его упомянуть. Мазепа получил хорошее образование при дворе польского короля, куда он был в юношеском возрасте отправлен «по воле» отца. Учился в Голландии, Италии, Германии и Франции, свободно владел русским, польским, татарским, латынью, знал также итальянский, немецкий и французский языки. Много читал, имел прекрасную библиотеку, его любимая книга — «Государь» Никколо Макиавелли. Всё это, вкупе с личными организаторскими способностями, позволили сделать ему значительную политическую карьеру, но весьма противоречивую. Если кратко, то особенностью его карьеры был девиз из советского фильма «Гараж»: «Вовремя предать — это не предать, а предвидеть». Так сложилось, что Мазепу связывали дружеские отношения с Петром I, и Мазепа поклялся на Библии на верность России. Справедливости ради надо отметить, что Мазепа немало сделал полезного для Петра I и России в целом. Но в итоге ошибся, им овладела иллюзия непобедимости армии Карла XII, когда в 1706 году Россия осталась одна против непобедимого шведского войска. И Мазепа перешел на сторону Карла XII, пообещав ему и зимние квартиры в Батурине, где была его резеденция, и провиант и подчиненное ему войско. Рассвирепевший Петр I повелел избрать на Раде в Глухове нового гетмана, а церкви предать имя Мазепы анафеме, которая так и не снята до настоящего времени, несмотря на все усилия новых украинских властей. Впрочем, неканонические украинские и сочувствующие им церкви никогда не признавали анафему на гетмана Мазепу и продолжали проводить богослужения за упокой его души.

Кроме этого Петр I в. 1709 году повелел отлить в единственном экземпляре орден Иуды и планировал вручить его Мазепе взамен ордена Андрея Первозванного, который Мазепа получил из рук Петра I за заслуги перед Россией. Но вручение не состоялось. Потом случилась Полтавская битва, где шведские войска были разгромлены русской армией. Карл и Мазепа бежали на юг к Днепру в Османскую империю и укрылись в Бендерах, позже в Бендерах Мазепа и умер. Османская империя отказалась выдать Мазепу русским властям, несмотря на значительные взятки турецкому визирю, которые предлагал царский посланник в Константинополе Пётр Толстой. Итог: Мазепа — национальный герой Украины, ему поставлено множество памятников, его портрет увековечен на купюре в 10 украинских гривен, а отношения России и Украины остаются желать лучшего.

Но продолжаем движение по Ивановской горке. Далее выходим на Колпачный переулок. Название переулок получил по некогда находящейся здесь слободе мастеровых людей, которые занимались изготовлением головных уборов или, как их в старину называли, колпаков.

Колпачный переулок

Здесь интересны два дома, построенные на средства известного музыкального издателя Петра Ивановича Юргенсона по проекту архитектора В. Д. Глазова. Первый особняк поменьше — дом № 9 был построен для сына нотоиздателя — Григория, а второй особняк побольше был построен для его дочери Александры и в нем располагалась глазная клиника его зятя К. В. Снегирева — известного врача-офтальмолога, доктора медицины, коллежского секретаря, профессора Московского университета. Здесь же семья Снегирева и жила.

Особняк сына П. И. Юргенсона. В архитектуре здания можно найти как ренессансные формы, так и элементы готики. Фасады дома украшают лепные детали, в их числе львиные маски и женские головки в медальонах.

Особняк К. В. Снегерева

Два слова про удивительного человека Петра Ивановача Юргенсона, открывшего российскому обществу русскую классическую музыку. Он родился в городе Ревеле (Таллинн) в 1836 году в бедной многодетной семье рыбака. В 14-летнем возрасте Петра отправили в Петербург к старшему брату Иосифу, который в то время работал в музыкальной торговле Бернарда. Четыре года он отслужил приказчиком в музыкальных магазинах, затем получил приглашение занять место управляющего, а в 1861 году открыл собственную музыкальную фирму. Интуиция и расчет никогда его не подводили в таком сложном деле, как издательство музыкальных произведений. К концу века фирма Юргенсона, выпустившая в свет 29 000 музыкальных произведений, среди которых почти все сочинения Чайковского, Н. Рубинштейна, Аренского, Ипполитова-Иванова, Глинки, Даргомыжского, Балакирева, Бородина, Мусоргского, Римского-Корсакова, С. Танеева, а также полные собрания сочинений Шумана, Шопена, Мендельсона, полное собрание сонат Бетховена, сочинения Баха, Генделя, Моцарта, Шуберта, Листа, Вагнера и многих других, стала крупнейшей в России. Юргенсон был первым издателем большинства произведений Чайковского, они дружили и неоднократно встречались.

После революции в доме Снегирева располагались коммунальные квартиры. В 1948 г. всесильный министр госбезопасности устроил здесь свою резиденцию, истратив на ремонт дома более миллиона казенных денег, но наслаждаться жизнью ему долго не удалось, в 1951 году его арестовали и расстреляли. Но здание из рук спецслужб не ушло, сегодня здесь располагается один из офисов Службы внешней разведки.

На углу Колпачного и Хохловского переулка стоит городская усадьба Венедиктовых — Шнаубертов — Моносзона. К сожалению, этот классический уютный московский дом, ранее любимый многими художниками и фотографами, находится сегодня не в самом лучшем состоянии, руки у городских властей до него ещё не дошли.

Городская усадьба Венедиктовых — Шнаубертов — Моносзона на углу Колпачного и Хохловского переулка.

Двигаемся по Хохловскому переулку вверх к зданию под названием «Палаты дьяка Украинцева». Эти палаты имеют такую историю, что впору подумать о «синдроме Стендаля», но в московском варианте. До наших дней, правда, в немного неприглядном виде, дошли палаты 17-го века, принадлежавшие в свое время думному дьяку и известному дипломату Емельяну Игнатьевичу Украинцеву. Дьяк Украинцев в конце 17-го века возглавлял Посольский приказ и заведовал всей внешней политикой России. Именно он в 1699 году ездил в Константинополь заключать мир с турками, когда Петр I готовился к Северной войне. И возможно, именно он привез в Россию Ибрагима Ганнибала — предка Пушкина. Через год был подписан Андрусовский договор о мире, и Петр I, получив известие о нем 18 августа 1700 года, на следующий же день объявил Швеции войну.

Вид на Хохловский переулок от Палат дьяка Украинцева. Видно, что в переулке идет грандиозная стройка.

Палаты дьяка Украинцева в Хохловском переулке дом 7–9

Позже в этих палатах разместился Архив Коллегии иностранных дел, который в 19-ом веке стал одной из главных достопримечательностей Москвы. Здесь служило множество талантливых людей, как сегодня сказали бы, уклоняющихся от воинской службы «архивных юношей» (слово придумал С. А. Соболевский, который сам здесь когда-то работал): это и А. К. Толстой, и В. Ф. Одоевский, и Н. П. Огарев и многие другие. А Н. М. Карамзин и А. С. Пушкин не раз бывали в архиве в поисках материалов, необходимых для своих произведений. В войну 1812 года архив был частично разорен французами, но через год возобновил работу. Здесь же разместили комиссию печатания государственных грамот и договоров, где трудились известные филологи и историки. Спустя некоторое время здание перестало вмещать в себя накопленные документы, архив расформировали, а документы распределили по разным местам, часть из них попала в Оружейную палату. Сам архив официально перевели в здание Горного правления — бывшие палаты Нарышкиных. Здание передали Московской консерватории, и здесь в древних палатах Петр Иванович Юргенсон организовал знаменитую нотопечатню. Именно здесь впервые увидели свет практически все произведения П. И. Чайковского, композитор сам неоднократно бывал в этом здании. Сам композитор как-то заметил в шутку, что и сам бы хотел поселиться в старинных, толстых стенах «отставного архива» — в тихом старомосковском переулке.

В настоящее время в палатах думного дьяка Украинцева размещены различные конторы и клубы и внешний вид здания крайне непрезентабельный. Но вроде как утвержден проект реконструкции здания и судя по темпам работ по благоустройству окружающих переулков и зданий, реставрация не за горами, здания с такой историей должны жить.

Кафе и гостиница Рэд Брик (Красный кирпич), расположенные напротив палат дьяка Украинцева.

Кстати, неплохая идея пожить на Ивановской горке в аутентичном старинном здании в окружении памятников русской старины. Рядом находится знаменитый Морозовский сад, о котором чуть ниже.

Далее знакомимся с ещё одним не менее знаменитым сооружением Ивановской горки — комплексом зданий купцов Морозовых, который расположен чуть выше сразу за гостиницнй Рэд Брик, по адресу Большой Трёхсвятительский переулок дом 1–3 стр. 1

Главный дом усадьбы Морозовой в Большом Трёхсвятительском переулке, вид от уютного зеленого внутреннего дворика

А вот и сам уникальный зеленый оазис — внутренний дворик, куда выходит один из входов усадьбы Морозовых.

Вход в главный дом усадьбы Морозовой со стороны внутреннего дворика

Доходный дом Морозовых, стоящий рядом с главным домом — сегодня обычный жилой дом

Въезд в усадьбу Морозовой со стороны Большого Трёхсвятительского переулка. Столбы выполнены по эскизам художника Васнецова.

Морозовский сад — вид со стороны Хохловского переулка

Морозовскмй сад — вид со стороны Трёхсвятительского переулка

Купцов Морозовых по праву можно считать самыми знаменитыми обитателями Ивановской горки. Но они не были прихожанами ни одной из многочисленных местных церквей, т. к. были старообрядцами и имели собственную домашнюю молельню, в которой служили приглашенные старообрядские священники с Рогожской слободы.

Хозяйка дома в Большом Трёхсвятительском переулке, Мария Федоровна, в девичестве Симонова, была женой владельца Никольской фабрики в Орехово-Зуево фабрики Тимофея Саввовича Морозова, сына основателя знаменитой династии промышленников и меценатов. Отличаясь непомерной скупостью, Тимофей Саввович сумел на порядок увеличить отцовский капитал. Но его строжайшие порядки, установленные на производстве, привели в январе 1885 года к знаменитой Морозовской стачке. Грандиозная стачка произвела такое впечатление на Тимофея Саввовича, что он решил продать фабрику и положить деньги в банк.

Но Мария Федоровна уговорила вместо продажи создать паевое товарищество из родственников, а его директором назначить старшего сына — Савву Тимофеевича Морозова. Ему было всего 27 лет, он недавно закончил Московский университет, прогрессивный, умный, широких взглядов и казалось, что родителям можно было не волноваться и за его будущее, и за судьбу фамильного дела. Однако он не оправдал семейных ожиданий и взялся за дело совсем «не с той стороны»: отменил систему драконовских штрафов, установленных отцом, стал строить дома для рабочих, учредил стипендии для учащихся. Далее последовали вклады на создание в Москве Художественного театра Станиславского и Немировича-Данченко, несчастная любовь к актрисе Андреевой, которая познакомила его с окружением Ленина. Вскоре Савва Морозов стал финансировать издание «Искры» и впоследствии дело дошло до финансирования боевых отрядов большевиков. Когда в начале 1905 года рабочие Морозовской фабрики устроили очередную стачку, требуя повышения зарплаты и 8-ми часового рабочего дня, Савва Морозов приехал именно сюда, в Трёхсвятительский переулок, просить мать передать ему право единоличного управления фабрикой, чтобы иметь возможность провести кардинальную перестройку её работы. В ответ мать пригрозила учредить над ним опеку как над душевнобольным и перевела всё управление фабрики на себя. 15 апреля того же года Мария Федоровна собрала врачебный консилиум, который вынес приговор Савве Морозову: в виду «тяжелого нервного расстройства» отправить его на принудительное лечение в Канны в сопровождении нелюбимой им жены, Зинаиды Григорьевны и личного врача. Спустя месяц в номере Каннской гостиницы Савва Морозов застрелился и был похоронен в Москве на Рогожском кладбище. Смерть Саввы Морозова так и осталась загадкой русской истории, дело в том, что у Саввы было завещание на свои активы в пользу актрисы Андреевой, верной соратницы большевиков. Тем не менее старообрядцы отнеслись к Савве не как к самоубийце и позволили похоронить его на Рогожском кладбище в семейной усыпальнице.

Морозовы были известными меценатами и покровителями искусств и поэтому частыми гостями дома Морозовых были Третьяков, Шаляпин, Чехов, Тимирязев, Валентин Серов, Коровин, Остроухов, Васнецовы. А художник Левитан получил здесь кров. В 1889 году сын хозяйки дома Сергей Тимофеевич Морозов подарил Левитану собственную мастерскую, переделанную из оранжереи. Она сохранилась до настояшего времени в глубине двора и отмечена мемориальной доской. Здесь в морозовском владении Левитан написал многие свои шедевры: «Над вечным покоем», «Золотая осень», «Март» и другие. Здесь художник В. А. Серов написал знаменитый портрет Левитана. Сюда неоднократно приезжала его муза Софья Кувшинникова и бывал его близкий друг — Антон Павлович Чехов. Отсюда, после смерти в 1900 году, Левитана провожали в последний путь.

Дом, где почти 11 лет жил и творил знаменитый русский художник И. И. Левитан

Мемориальная доска на здании, где жил И. И. Левитан

После революции дом Морозовых был национализирован, а в июле 1918 года в его истории появилась ещё одна важная страница, когда в здании разместился штаб восстания левых эсеров под началом командира отряда ВЧК эсера Попова. Именно здесь скрывался убийца германского посла Мирбаха Яков Блюмкин. Именно сюда приехал Феликс Дзержинский, чтобы арестовать его, однако сам был взят под арест по приказу Попова. Но вскоре дом Морозова, откуда восставшие обстреливали Кремль, был занят частями Латышской дивизии. Позже в этот дом приезжал Ленин и именно это событие увековечено на единственной памятной табличке, установленной на здании со стороны Большого Трёхсвятительского переулка.

Памятная табличка, установленная на главном здании усадьбы Морозовых со стороны Большого Трёхсвятительского переулка.

В наши дни в Морозовском доме располагается Южно-Уральская Промышленная Компания. И её деятельность после приватизации началась с того, что она закрыла свободный доступ в Морозовский сад, примыкающий к усадьбе, и сделала варварский ремонт декора главного дома усадьбы Морозовых. Под давлением местных жителей Морозовский сад частично открыли (при социализме он был открыт всегда), но доступа на значительную часть усадьбы и в главное здание так и не появилось, даже в дни культурного и исторического наследия. Ну конечно же, простые смертные будут мешать делать серьезный бизнес и отмечать успехи на многочисленных корпоративных праздниках, вот только непонятно, почему этим надо заниматься в историческом центре Москвы, а не где-нибудь в красивом месте на Урале. К сожалению, уроки русской истории ничему не учат.

Возвращаемся в Хохловский переулок, он приводит нас к доминанте Ивановской горки, по которой эта местность и получила свое название — Ивановскому монастырю. Сегодня он официально называется Иоанно-Предтеченский монастырь. Монастырь основан в 15-ом веке, когда по распоряжению матери будущего царя Ивана IV Грозного княгини Елены Глинской здесь был построен каменный собор во имя Иоанна Предтечи. Особое внимание к монастырю проявлял Иван Грозный, жертвовали сюда и первые цари из династии Романовых. Война 1812 года разорила монастырь и он был упразднен. Но в 1859 году последовало разрешение восстановить монастырь и на этом месте по проекту архитектора М. Д. Быковского в 1860–1879 годах был построен новый монастырский комплекс, сохранившийся до настоящего времени.

Ивановский монастырь

Новый собор создавался по мотивам собора Санта-Мария-дель-Фьоре во Флоренции, но с некоторыми русскими деталями. Граненый купол собора прорезан двойными окнами и увенчан русской «луковичной» главой, вокруг расположены небольшие пирамидки, увенчанные крестами. Северный вход в монастырь отмечен двумя одинаковыми башнями-колокольнями, что больше характерно для католицизма. В то же время обе колокольни увенчаны шатрами — это уже в русских традициях. Таким образом М. Д. Быковский сумел применить в своем проекте казалось бы несочетаемые архитектурные решения, так что по сути здания монастыря выстроены в стиле эклектики.

Башни северного входа в Ивановский монастырь. Видна также монастырская трапезная, где за 25 рублей, небывалые деньги в этом районе, можно выпить чаю с монастырским пирожком.

Северные ворота Ивановского монастыря

Одно из многочисленных преданий гласит, что основание Иоанно-Предтеченского монастыря сопряжено с появлением на свет Ивана Грозного. Родился он в преддверии церковного праздника Усекновения Главы Иоанна Предтечи, что и определило имя царственного младенца, названного Иоанном. Ивановский монастырь действовал не только как монашеская обитель, но и в качестве тюрьмы. Два самых известных эпизода ее истории связаны с женщинами. Прежде всего с помещицей Дарьей Салтыковой, получившей прозвище «Салтычиха» за неслыханную жестокость и массовые убийства собственных крестьян. Лишенная дворянства и всего имущества, она была заключена в монастырскую темницу и провела здесь в общей сложности 33 года. Вторая известная заключенная монастыря — легендарная Досифея, тайная дочь императрицы Елизаветы Петровны и графа Алексея Разумовского. Она прожила в Ивановском монастыре почти 25 лет, её похоронили в 1810 году в Новоспасском монастыре, рядом с усыпальницей рода Романовых, что косвенно подтверждает её родство с императорской династией.

После революции Ивановский монастырь был закрыт одним из первых и здесь устроили тюрьму для офицеров царской армии, дворян и военнопленных. Практически до 80-х годов прошлого века на территории Ивановской обители располагались различные учреждения МВД. В 2002 году монастырь был возобновлён как ставропигиальный. Часть бывших монастырских зданий до сих пор принадлежит МВД, здесь расположен один из корпусов Московского университета МВД России. Сегодня монастырь официально именуется иначе, нежели до революции: не Ивановский, а Иоанно-Предтеченский, что более правильно с канонической точки зрения, но не совсем верно с точки зрения исторической. Но в народе он так и остался Ивановским монастырём.

Северные ворота Ивановского монастыря выходят на улицу Забелина (бывший Большой Ивановский переулок). Со стороны улицы Забелина выгодно смотрится ещё одна знаменитая церковь этого района — Храм Святого равноапостольного князя Владимира в Старых Садех. Почему в Старых Садех (Садах)? Дело в том, что в 15-ом веке русский царь Василий I построил здесь свой летний дворец с домовой церковью, а на солнечных склонах холма были разбиты знаменитые Государевы Сады с роскошными фруктовыми деревьями. Потом их перенесли в другое место в Замоскворечье на Софийку, но название Старые сады осталось в местной топонимике. Название Старосадский переулок, в котором стоит Храм князя Владимира, из той же темы.

Храм Святого равноапостольного князя Владимира в Старых Садех

Улица Забелина. Названа так в 1910 году в честь выдающегося русского историка Ивана Егоровича Забелина, автора ряда книг об истории Москвы: личная библиотека Забелина была передана в Государственную историческую библиотеку, находящуюся в соседнем Старосадском переулке.

Доходные дома на улице Забелина. Скорее они напоминают сталинские дома. Но нет, этот комплекс доходных домов Московское Купеческое общество построило в 1912–1915 годах по проекту архитекторов В. Шервуда, И. Германа, А. Сергеева. Под зданиями были устроены двухуровневые подвалы, которые предполагалось использовать в качестве складских помещений. Для удобства подвоза и хранения товаров в подвалах были предусмотрены широкие подземные проезды для гужевого и автомобильного транспорта, устроена система вентиляции, вдоль стен домов располагались световые окна из стеклянной плитки для естественного освещения. Первые этажи с большими витринными окнами предназначались для размещения магазинов, верхние этажи — для квартир. Этот комплекс зданий так и остался жилым до настоящего времени.

Лев, который сторожит купеческие доходные дома на улице Забелина

Улица Забелина ведет к входу в метро Китай-город, расположенному у памятника Кириллу и Мефодию. По пути можно встретить множество ресторанчиков и кафешек, где можно перекусить и передохнуть после насыщенной прогулки по исторической Ивановской горке, где так тесно переплелись события древней и современной российской истории и где есть русский дух и атмосфера старой Москвы.